Трудовой кодекс. Россия.             Кризис. Профсоюзы. Анализ ситуации.

От кризиса до революции один шаг
Профсоюзы и трудовые отношения | Статьи | Трудовые права http://ikd.ru/node/7446

С начала 2000-х годов до последнего времени прибыли крупных российских компаний стремительно росли, однако, получали выгоду от этого все, кроме основной массы наемных работников.Дивиденды акционеров росли, медленнее, но тоже росли инвестиции, увеличивалась зарплата топ-менеджеров. А зарплата основной массы наемных работников еле-еле поспевала за инфляцией. Когда же прогремел кризис, бизнесмены тут же закричали «караул» - надо спасать экономику (читайте – нас), упрощать механизм увольнения, освобождать работодателя от финансовых обязательств в отношении уволенного работника. Иначе не миновать страшной депрессии...

Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП), объединяющий крупных предпринимателей и олигархов, лоббирует сейчас поправки в Трудовой кодекс. Он предлагает отменить обязательство работодателя в течение двух месяцев выплачивать среднюю заработную плату сотруднику, уволенному по сокращению штатов. Достаточно, говорят предприниматели, выплатить разовое выходное пособие, равное одной месячной зарплате. Непонятно, смеяться работникам или плакать. Пособия, которые обязаны пока платить работодатели, и так составляют смехотворную сумму, если учесть реальную, а не серую зарплату. А тем более, если учесть относительный вес зарплаты в общей структуре затрат предприятий  - в России это 10-20%, а то и меньше. Может быть, стоит лучше сэкономить на одной корпоративной вечеринки для топ-менеджеров?

Сегодня, используя кризис, предприниматели стремятся ликвидировать пособия, завтра они найдут другой повод, чтобы предложить снизить социальные выплаты и потребовать от работников потуже затянуть пояса. Логика такова: если кто-то должен пострадать от кризиса, но только не мы, поскольку мы – это элита и мотор экономического развития.

Российские работодатели и так могут позволить себе многое: не выплачивать месяцами зарплату, игнорировать правила техники безопасности, использовать репрессии в отношении профсоюзов и приглашать ОМОН для разгона забастовок. Теперь они  ссылаются еще и на Запад, где их коллеги тоже добиваются облегчения социального бремени для владельцев предприятий. Просто интернационал капиталистов получается!

Посмотрим, что с пособиями по безработице в развитых европейских странах. Во-первых, систему пособий во многом финансируют работодатели, а государственный бюджет выступает только как вспомогательный (субсидиарный). При чем финансируют они не жалкие российские выходные пособия, а длительные (от 6 до 24 месяцев) пособия, которые представляют собой от 80 до 30% (в зависимости от длительности периода безработицы) реальной прежней зарплаты. И проценты эти отсчитываются отнюдь не от российских зарплат.

В России работодатели ничего ни в какие фонды по безработице не платят. Ничего, за исключением того двухмесячного пособия, которое они сейчас хотят отменить. Выплаты для безработных составляют от 700 до 2800 рублей (10-30% от прежней зарплаты) и их получают только те, кто зарегистрирован на бирже труда. А регистрируются, понятное дело, абсолютное меньшинство реальных безработных.

Что получается? Работодатели почти не несут никакой ответственности за увольнения (и хотят еще снизить эту ответственности), государство неохотно и символически финансирует систему пособий по безработице, а сами безработные выживают, как могут.

Казалось бы, именно в такой период как сегодняшний кризис, необходимо коренным образом изменить эту систему. И именно в сторону увеличения финансовых обязательств работодателей в случае увольнений. Экономить есть на чем, хватит экономить на зарплатах работников! Теперь очередь крупных предпринимателей затянуть пояса! Либеральная идеология учит, что предпринимательство – это умение справляться с риском, и поэтому предприниматели должны получать больше, чем наемные работники. Если следовать этой логике, то почему бизнес при любой возможности перекладывает ответственность то на государство, то на наемных работников? Будьте последовательными, господа либералы!

Во многих странах западной Европе в случае кризиса и возникновения угрозы массовых увольнений, все стороны договариваются о «социальных планах», т.е. совокупности мер по социальной поддержке, переобучению и сопровождению уволенных работников в их трудоустройстве. Эти планы – объект длительных переговоров между представителями работников, работодателей и – в особенно серьезных случаях – государства. Работники не смиряются, борются до последнего, чтобы выходные пособия были на должном уровне, чтобы были гарантии трудоустройства, достойные и продолжительные пособия по безработице. Во время экономического кризиса конца 70-х – 80-х годов были случаи захвата работодателей в заложники, разгрома административных зданий, угроз загрязнения рек химически опасными веществами. Дикари? Экстремисты? Но все это было, и некоторые эксперты прогнозируют возобновление такого рода конфликтов в ходе нынешнего кризиса.

В России такого не может быть - так же думали отечественные эксперты перед массовыми выступлениями против «монетизации» льгот. Социологи отмечают резкий рост недовольства наемных работников последние 2-3 года. На лицо рост забастовочного движения и числа трудовых конфликтов. Рабочее движение вышло из-под контроля традиционных и инертных профсоюзов. Всем очевидны изъяны нового трудового кодекса, который препятствует развитию настоящих профсоюзов и увеличению числа организованных акций по защите своих трудовых прав. Так что, всплеск неорганизованных, отчаянных и радикальных акций в сфере труда как раз легко прогнозируем. «Обнаглели уже!», - раз за разом повторяют рабочие в интервью социологам.

Российским работникам, успевшим за 18 постперестроечных лет на собственном опыте познакомиться с реалиями капитализма, вряд ли будет легко объяснить, почему именно они должны заплатить за кризис, а не работодатель, который обогатился за их счет. Аргумент о спасении предприятия все еще работает, его принимают многие традиционные профсоюзы, но воспримут ли его работники? Никто, конечно, не хочет закрытия предприятия, но потребуются доказательства.

Возможно, именно кризис позволит рабочему движению выйти на новый уровень - уровень осознания своих коллективных интересов и коллективного отстаивания своих прав. Может быть, на этот раз они не будут «входить в положение», а задумаются, почему все именно так. Может быть, не будут терпеть массовые увольнения, а потребуют принятия соответствующих социальных мер. Может быть... Все может быть…

Коллектив «ИКД»           опубликовано: 17:35 10.10.2008

Кому нужны профсоюзы.      Кто защитит трудовые права работников?

http://news.profsoyz.info/useful_texts/komu-nuzhny-profsoyuzy-2/

В профсоюзах могли бы быть заинтересованы многие, но никто их создавать особенно не рвется. Даже сами работники надеются, что за них это сделает «кто-то» - результаты исследования Фонда «Открытая социология» обсуждали специалисты Нижегородского экспертного клуба.

Без осознания

В скандинавских странах профсоюзы реально ставят перед собой задачу участвовать в управлении предприятием и даже примеряют на себя роль хозяев. А у нас?

По словам одного из авторов исследования, старшего научного сотрудника Института социологии РАН Александра Прудника, Федерация независимых профсоюзов России и структурно, и организационно является рудиментом советской эпохи. Эту ситуацию можно сравнить с 90-ми годами, когда останавливались крупные предприятия и с них увольнялись рабочие. Оставался директор, бухгалтер, еще 2-3 человека, и юридически предприятие существовало. И они от имени фактически несуществующего предприятия распоряжались его имуществом. Все это похоже на сегодняшнюю ситуацию с профсоюзами: структура есть, организация есть, но ни в общественном сознании, ни в общественно-политических процессах, как показало исследование, их нет.

В обществе есть потребность и в профсоюзе, и в том, чтобы кто-то его создал. Однако представления о том, что профсоюзы всегда создавались самими работниками, сегодня в обществе нет. Ведь когда работник остается один на один с работодателем, понятно, что силы не равны. В профсоюзах не заинтересованы ни работодатели, ни руководство страны. Хотя на месте власти профсоюз можно было бы использовать для диалога с бизнесом.

Есть ощущение, что профсоюзы не интересны и политическим партиям. Раньше была жесткая ассоциативная связь: профсоюзы - коммунисты. Сейчас ее нет. А между тем для партии это благодатное поле - организационно оформить стремления своего избирателя. Коммунисты сейчас жалуются, что власть им не дает выхода на экраны телевизоров. Но ведь идти в народ власть им не запрещает, но они не идут.

Но самое главное, по мнению Прудника, все же в том, что общество не готово к самоорганизации, даже при необходимости защиты своих прав. И вот этим мы колоссально отличаемся от тех, на кого стараемся равняться - от современного западного общества.

По мнению заведующей кафедрой философии, социологии и политологии НГСХА Галины Широкаловой, профсоюзы сегодня выключены не только из общественного сознания, но и из права. Законодательство просто загнало их в тупик и они ничего не могут противопоставить работодателю. Сегодня профсоюз не может защитить при увольнении не только работника, но и члена профсоюза, занимающего в нем руководящую должность, - раньше его просто не имели права уволить с предприятия. Возникает вопрос: кто пойдет в профсоюз, если 46% опрошенных говорят о том, что они боятся безработицы. Ведь первыми, кого выгонят с работы, будут те, кто начнет защищать чьи-то права. По словам Широкаловой, в комиссию по трудовым спорам НГСХА, кроме представителей коллектива, введены несколько человек от руководства института. Практически получается 50 на 50, то есть комиссия всегда может склониться в сторону работодателя. Раньше комиссия по трудовым спорам избиралась, и представители работодателя в нее не входили.

Идеализировать отношения профсоюзов и власти во времена коммунизма тем не менее не стоит, убежден генеральный директор научно-исследовательского центра «ЭОН» Дмитрий Стрелков. Политическая система в России во все времена выстроена на базовой установке «игры с нулевой суммой». И, несмотря на то, что профсоюзы в советское время были мощно представлены, они были зависимы и не обладали каким-либо серьезным весом и самостоятельностью. Они определяли жизнь трудящегося и помогали ему в рамках очень узкого диапазона. В советский период профсоюзы были встроены в жесткую систему на соподчиненных ролях общего организующего проекта. Возможно поэтому сейчас у них низкий рейтинг. По словам Стрелкова, «мы на протяжении многих лет предлагали респондентам рейтинг различных организаций и институтов, начиная от партийных и заканчивая любыми формами общественных, которые существовали, например, где-то были подъездные формы самоуправления. Профсоюзные организации постоянно занимали нижние позиции: больше 5-7% никогда не было. Часто они набирали 1-2%: их обгоняли женские организации, церковь, экологи и др».

Стереотип детского сада

Нужны какие-то новые формы работы профсоюзов - считает гуманитарный технолог Константин Барановский. Мы по старой памяти хотим от них льготных путевок, отдыха в пионерских лагерях, оплаты медуслуг. Сейчас это уже не актуально: медуслуги сейчас дает ОМС, розовая карточка, пенсию гарантирует зеленая карточка Пенсионного фонда, лагеря и детские сады часто оплачивает работодатель. Возникает вопрос: зачем нужен профсоюз?

По мнению заместителя председателя Общественной палаты Нижегородской области Александра Цапина, профсоюзы надо рассматривать в контексте институтов гражданского общества, институтов с позитивной активностью, примером чему являются США: «В 1989 году в Детройте я встречался с лидером регионального профсоюза. В США вся страна разбита на регионы: 1151 профсоюзный округ. И они занимаются не детскими садами, лагерями и жильем. У них несколько основных направлений работы: уровень зарплаты, условия труда, отпуска, больничные листы. Колдоговоры заключаются на три года, и если работодатель выполняет все условия, профсоюз гарантирует отсутствие забастовок. Интересно, что в Детройте все входят в профсоюз. Это даже записано в договоре, что работодатель имеет право уволить работника, если он, приступив к работе, в течение трех месяцев не вступил в профсоюз. Работодателю там не нужны вольные люди, нужны люди в консолидированной системе. Если говорить о развитии института гражданского общества, то, думаю, тут у профсоюзных организаций наилучшая база, наилучший потенциал и наилучшая возможность для развития: вы поговорите с учителями, они своего лидера знают, и врачи тоже».

Профсоюз - это корпорация. В специфических российско-советских условиях профсоюзы ушли в бюрократию, считает политолог Сергей Кочеров. Трудно сказать, как было в царской России, известно только, что там были сильные профсоюзы. Кстати, один из них чуть не сорвал Октябрьскую революцию. Поломала нормальную деятельность профсоюзов советская власть. Ей не нужна была организация, которая борется за повышение оплаты труда, за улучшение условий, за различные льготы. В советское время профсоюзы немало работали по обеспечению того, что можно назвать социальным пакетом. Но, по мнению Кочерова, диапазон действия профсоюзов по защите трудящихся заканчивался там, где появлялись интересы партии и правительства.

Отчасти об этом говорит Солженицын в «Архипелаге Гулаге», когда в сталинские времена британская компания, которая специализируется на поставке техники, необходимой для добычи золотого песка, заключила договор с советским правительством о поставке этой техники. В обмен на это она обязалась поставлять советскому правительству определенную часть золота, а все остальное забирать себе. Когда модернизация участка была произведена, рабочие перестали работать, поставки стали срываться. Британская фирма обращается к советскому правительству, и выясняется, что оно ничего с рабочими сделать не может… В результате англичане на «законных» основаниях лишились собственности….

…Но гражданское общество - это все-таки не то, что создается по заказу государства, а то, что ограничивает его своеволие. И эта его функция, возможно, была бы интересна и бизнесу.

Ольга Панова,
birzhaplus.ru

Это должен знать и понимать каждый работник!

Чей туфля? (О фин. кризисе, профсоюзах, бизнесе, власти)

На недавней встрече с представителями общественных организаций президент Медведев вспомнил о профсоюзах. Правда, так - косвенно. Вот как это звучало: “Сегодня с утра открываю любимый Интернет. Смотрю, наши американские приятели говорят, что мы будем и впредь оказывать поддержку в России учителям, врачам, ученым, профсоюзным лидерам, судьям. Последнее для меня было вообще чем-то выдающимся... Что имеется в виду? Они собираются наших судей взять на кормление, что ли? Коррупцию будут поддерживать?” Понятно, что поддерживать американцы собирались не коррупцию в том виде, в каком она существует в России (кстати, безо всякой американской поддержки). И если обратиться к оригиналу - выступлению Кондолизы Райс в Фонде Маршалла в Вашингтоне, то сказано было буквально следующее: “Мы продолжим спонсировать российских студентов и преподавателей, судей и журналистов, профсоюзных лидеров и демократических реформаторов, желающих побывать в Америке. Мы продолжим поддерживать всех русских, которые желают для своей великой страны свободного будущего”. Речь снова шла - по сути дела - о “группах влияния”, разделяющих взгляды американской администрации на мир, демократию и т.д.

Я не случайно выделил термин “американская администрация”. Дело в том, что необходимо разделять группу ультрареспубликанцев, находящихся сейчас у власти “в форме Буша”, и огромный сегмент гражданского общества, на дух Буша не переносящий. В последнюю группу входят и американские профсоюзы - как объединенные в АФТ-КПП, так и отколовшиеся не так давно в коалицию “Измениться, чтобы победить”. Поэтому, перед тем как поддержать российские профсоюзы, Джорджу Бушу и Кондолизе Райс было бы правильно разобраться со своей социальной ориентацией внутри своего государства. Ну и, конечно, было бы забавно, если бы в качестве “нашего ответа Чемберлену” российские власти заявили о готовности поддержать, скажем, АФТ-КПП в борьбе за права американских трудящихся. И посмотреть на реакцию Вашингтона...

Но проблемы внезапно возникшей внешнеполитической профсоюзной ориентации руководства США (о которой не знают внутри самой Америки) для России сейчас дело десятое. Гораздо важнее вопрос о влиянии финансового кризиса на рынок труда, уровень зарплат и занятость. На ближайшем заседании Российской трехсторонней комиссии профсоюзы планируют заслушать представителей правительства на эту тему. Но уже сегодня, анализируя первичную реакцию бизнеса, можно отметить: снижение издержек в очередной раз планируется провести за счет работников. Стараясь при этом не снижать качественно уровень доходов собственников. Выход из кризиса - через заморозку или снижение зарплаты. Выход из кризиса - через сокращения персонала. И так далее.
Звучит как анекдот, но какой бы ни была экономическая или финансовая ситуация в России, пугают работников одним и тем же. Много денег от нефтянки? На зарплаты их тратить нельзя, ибо это разгонит инфляцию! Бизнес самостоятельно (не через зарплаты) разгоняет инфляцию. И после этого заявляет: зарплаты заморозить, ибо денег нет.

Пора понять: много ли денег у бизнеса, мало ли у него денег - он совершенно не расположен делиться ими с работниками выше минимально необходимого. Причем “минимально необходимого” с его, бизнеса, точки зрения.
“Рынок диктует цены”? Ну, так заморозьте выплаты высшему менеджменту. Ограничьте законодательно размер выплат по дивидендам акционерам (эти выплаты - еще один способ увода денег из реальной экономики). Уменьшите квоты на иностранную рабочую силу, чтобы не поощрять внутрироссийскую безработицу. Нужно понять: у кого финансовый кризис?

Финансовый кризис - у финансово-спекулятивного капитала. Этот кризис капитал пытается сделать общим, чтобы распределить жертвы между всеми работниками. Причем сам ничем жертвовать не собирается - выбив у государства на поддержание банковской системы такие деньги, которые никогда ранее не шли на поддержку социальной сферы. И это надо четко понимать, слушая сегодняшних бизнес-агитаторов в СМИ.

Александр ШЕРШУКОВ                                                                                                                  №35 (24/09/08) «Солидарность»(Монолог главного редактора)