Общеизвестно, что политические партии как в мировом сообществе в целом, так и в отдельно взятых странах исчисляются десятками, мало отличаясь одна от другой своими программами, зато очень не похожими друг на друга своим поведением, позицией на политической арене и особенно своими подходами к решению социально- экономических проблем. Каждая из этих многочисленных партий претендует на роль самого лучшего архитектора в общественном, социальном, экономическом, гражданском строительстве и государственном обустройстве.
В числе лозунгов большинства партий «джентльменский набор» - социально ориентированная экономика, социальная справедливость, социальное равенство, равенство возможностей, равенство перед законом, справедливая и честная власть и тому подобные «бантики и фантики», в которых упаковывается главный движущий мотив - стремление к власти.
И если мы попытаемся внимательно присмотреться и сравнить эти партии не по их названиям, лозунгам, а по их реальным предложениям, социально-экономической позиции при решении важнейших вопросов в законодательных институтах, в прессе, в дискуссиях, то, отбросив популистские украшения, обнаружим, что партии можно разделить на два лагеря: в основе мотивации одних в большей или меньшей степени преобладают интересы капитала – работодателей, в мотивации других – интересы наемных работников.
И, несмотря на то, что большая часть общества – наемные работники, нескончаемая борьба между политическими партиями, выступающими апологетами так называемого свободного – нерегулируемого рынка, обслуживающего эгоистические интересы капитала – работодателей, и сторонниками интересов наемных работников, идет с явным преимуществом первых, несмотря на численное преимущество последних.
И никакие свободные выборы не демонстрируют превосходство электората наемных работников.
Наблюдая за работой парламента, мы видим, что созыв за созывом, с неизменным постоянством, во всех фракциях забывает про интересы народа вскоре после выборной кампании. Следствием такого «политического склероза» являются «озоновые дыры» в законодательной базе и, особенно, в сфере социальной защиты и трудового права.
Причины такого дисбаланса политических сил очевидны. Не последней из них является неорганизованность и аполитичность (пофигизм) широких слоев наемных работников – с одной стороны, с другой – превосходство владельцев капитала в финансовых средствах, продажность бюрократии, чиновничества, средств массовой информации, отдельных депутатов и даже целых партий.
Однако главной причиной все-таки является пассивность и косность наемных работников, в массе своей не осознающих своего огромного потенциала, который может быть реализованным в более активном отношении не к партийному, а профсоюзному движению.
Что касается декларации о партнерстве и равенстве работодателя и наемных работников на рынке труда, то оно справедливо лишь в одном: и работодатель, и наемный работник, встречаясь на этом рынке, чтобы обменяться тем, чем они располагают, стремятся получить больше, чем отдать. Другое дело – их возможности. Именно в них заключено огромное преимущество капитала – работодателя перед наемным работником на так называемом свободном рынке труда, преимущество, которое работодатель использует, как сейчас выражаются, по полной программе, преимущество, которое и работодатели и политики стараются лукаво замалчивать.
Что делают так называемые партнеры – работодатель и нанимаемый работник, когда они не сходятся в размере заработной платы, в условиях труда? То, что им позволяют их возможности.
Работодатель, располагая капиталом либо в виде основных средств производства, либо в виде финансовых, может:
- предложить работу множеству других работников, ибо на одного работодателя много работников - похуже, получше, но выбор, гораздо больше, чем выбор работы у наемного работника;
- сократить производство и обойтись меньшим числом работников;
- ввести новую, более производительную технологию, оборудование и также обойтись меньшим числом работников;
- не всегда, но может временно законсервировать производство до лучшей коньюнктуры на рынке труда;
- наконец, умышленно обанкротить предприятие, а вырученные на распродаже ликвидности финансы разместить в акциях других предприятий или, на худой конец, на банковских счетах, в том числе и зарубежных, что и делают наши нувориши, перекачивая миллиарды У.Е. за кордон, оставляя в своей стране фабрики, заводы и целые отрасли в разрухе и миллионы безработных, покупая самолеты, яхты, футбольные клубы и острова…
А что может нанимаемый работник, который не располагает ни банковским счетом, ни запасом продовольствия, ни способностью законсервировать свои каждодневные потребности в питании, в крыше над головой, в одежде и не только свои, но еще и семьи?
Он не может отложить удовлетворение своих потребностей даже на короткий срок.
Он не может конвертировать свой товар – рабочую силу в валюту и переразместить ее в акции, в депозит.
Он не может ждать конъюнктуры на рыке труда, как работодатель.
Поэтому никакого равного партнерства и свободы выбора на рынке труда в природе не было, и нет.
Если о работодателе мы говорим, может то, может другое, то, говоря о наемном работнике, мы употребляем слово вынужден, потому, что многого он, увы, не может.
В отношении наемных работников не работает формула свободного рынка «спрос рождает предложение», т.к. независимо от спроса наемный работник вынужден предлагать свой товар – рабочую силу, чтобы просто не умереть от голода.
Практика нерегулируемого рынка показывает, что механизм саморегуляции рынка не избавляет от самого большого зла – безработицы, включающей другие механизмы разрушения и деградации общества.
В свое время Форд провозгласил актуальный и непреходящий постулат расширения производства и увеличения прибыли за счет роста оборота капитала с одновременным снижением цены на выпускаемую продукцию и увеличением заработной платы наемным работникам. При этом рост доходов наемных работников стимулировал спрос на выпускаемую продукцию, увеличивая объем и скорость оборота капитала.
Однако не следует заблуждаться, что буквально все собственники предприятий, вдохновленные общенациональной идеей, поступают в соответствии с постулатом Форда. «Своя рубашка ближе к телу» - срабатывает чаще.
Означает ли это, что наемные работники обречены, надеяться лишь на милость работодателей?
Опыт стран с развитым гражданским обществом показывает, что там наемные работники давно убедились: пассивность и пофигизм обходятся дорого. Они поняли, что необходимо заботиться о защите своих интересов и прав активностью на выборах своих профсоюзных лидеров и делегатов на съезды и конференции или, проявляя минимум активности – в виде поддержки своих профсоюзов хотя бы посильными взносами, своим членством.
В таких странах и политические партии вынуждены занимать более социально-сбалансированную позицию, а работодатели - прислушиваться к мнению профсоюзов. Политические партии борются за симпатии профсоюзов. И понятно, почему.
Профсоюзы это не только основной электорат, профсоюзы – реальная сила, способная поднять нацию на протест против принятия антисоциальных законов, против безработицы, против снижения пенсионного обеспечения и заработной платы…
Невозможно переоценить роль профсоюзов, как самого действенного и эффективного института, способного компенсировать дисбаланс политических сил в обществе, института, обладающего эффективными рычагами - института, роль которого не могут взять на себя никакие политические партии, значительно более дистанцированные от насущных проблем и интересов представителей конкретных профессиональных групп.
Важно, чтобы каждый представитель наемных работников четко осознавал, что именно профсоюзы могут и должны стоять на защите их интересов и бороться за решение социальных проблем буквально на всех уровнях, начиная от конкретного рабочего места до национального и международного уровней, на которых принимаются законы, подписываются международные декларации и конвенции.
Подчеркивая особую, специфическую роль профсоюзов в обществе, недостаточно перечислить их основные цели и задачи, заключающиеся в довольно традиционном перечне: достойная заработная плата, современные стандарты условий и охраны труда, нормальная продолжительность рабочего дня, максимальная занятость, законодательные гарантии, право на заключение национальных, отраслевых, коллективных и профессиональных соглашений и их выполнение, право на забастовки…
Нужны и важны ли профсоюзы, теоретически ясно всем, однако в реальной жизни возникает целый ряд вопросов:
Едва ли это полный перечень вопросов, которые возникают как при создании организации, так и в повседневной работе профсоюзов. Однако краткие ответы хотя бы на эти вопросы, попытка дополнить представление о роли профсоюзов, а самое главное, в чем смысл этой работы - изменить отношение к своему профсоюзу тех, кто до сих пор думает, что все идет само собой, и нечего суетиться.
Первый вопрос может показаться наивным.
Тем не менее, в нашей отрасли существуют такие первичные организации, которые фактически утратили свою связь с отраслевой Российской профсоюзной организацией, хотя пользуются правами, завоеванными Профсоюзом летного состава России.
Характер функционирования таких организаций самый разнообразный – от простого и полного бездействия до различного рода самодеятельности не в лучшем ее проявлении и весьма далеком от истинных задач профсоюза.
Такое еще возможно, когда летный состав по старой доперестроечной привычке от профсоюза ничего не ожидает, кроме подарков для детей на новогодние праздники, да организации похорон, а лидеры «избираются» по рекомендации администрации авиакомпании, как раньше.
При этом председатели таких первичек в одних случаях могут даже производить видимость неустанной борьбы с администрацией, демонстрируя бурный темперамент, но, не достигая никаких существенных результатов.
В отдельных случаях такие председатели фактически ведут соглашательскую политику с администрацией, не брезгуя разнообразными подачками с ее стороны, выполняя роль демпфера в конфликтных ситуациях между администрацией и коллективом работников.
В таких, с позволения сказать, организациях их члены имеют самое смутное представление о трудовом законодательстве, о том, что делается в других первичках России и в центральном органе Профсоюза летного состава России.
Председатели таких псевдоорганизаций, ревниво «оберегая» своих членов от какой-либо информации из центра, лишь упрекают этот центр за то, что он не преподносит на блюдечке с голубой каемочкой все блага, не решает задач, которые на самом деле находятся в компетенции председателей первички. При этом такие первички забывают производить какие-либо отчисления на деятельность центрального органа вопреки решениям съездов.
Понятно, что решать серьезные задачи такие организации не могут, не в состоянии противостоять администрации, не имея ни квалифицированной юридической поддержки, ни поддержки со стороны профсоюзных объединений, имеющих достаточно высокий статус и влияние.
Законопросветительская работа в таких организациях не проводится как по причине слабой подготовленности самих лидеров, так не редко и в силу их личной незаинтересованности – так легче скрывать свою несостоятельность.
О роли таких псевдопрофсоюзных организаций мало сказать, что она ничтожна. Она очень вредна, так как убеждает людей в том, что от профсоюза в принципе ожидать нечего. Кроме того, взносы, собираемые с работников, расходуются неэффективно, в основном – на содержание председателя, не поступая ни в какой части в органы объединений, что ослабляет их потенциал на отраслевом и национальном уровне.
Нетрудно понять, что если органы крупных по статусу профсоюзных объединений испытывают дефицит финансовых средств, то неправомерно ожидать от них квалифицированной и результативной работы с администрацией отрасли, с Госдумой, с Правительством, с объединениями работодателей, со средствами массовой информации, с другими объединениями профсоюзов России и зарубежья.
Напрасно ждать от них давления на соответствующие властные и законодательные структуры как с целью принятия законов, закрепляющих права и защищающих интересы наемных работников, так и исполнения этих законов.
Ослабленные материально, центральные профсоюзные органы лишены возможности содержать квалифицированный персонал, способный вести пропагандистскую просветительскую работу, вести грамотно диалог и переписку с властными структурами, принимать участие в подготовке законопроектов и поправок к ним, вести переговоры и заключать договоры на отраслевом и национальном уровнях.
При дефиците средств ограничены возможности обеспечения информацией и учебой профсоюзного актива первичных организаций.
Профсоюзная печать это уже роскошь, а ведь даже сайт в Интернете требует определенных затрат. Не иметь финансовых возможностей содержать в штате центрального органа профессиональных функционеров – операторов оргтехники, секретаря, делопроизводителя,… т.е. того, что называется аппаратом, значит обречь все заседания, конференции и даже съезды на говорильню без всяких последствий и материализации решений, идей и предложений. Дешево, сердито и … бесполезно.
Речь о дефиците средств зашла неспроста: мы еще не достигли строгой отчетности о фактическом финансовом состоянии первичек, нет должной четкости и регулярности в перечислении установленной доли взносов в центральный штаб ПЛС России.
Фактически средств хватает лишь на текущие и неотложные расходы.
Финансировать какие-либо программы из бюджета - возможности нет – лишь бы свести концы с концами.
А ведь необходимо проводить те или иные исследования (медицинские, по санитарным характеристикам рабочих мест, по летным инцидентам), привлекая оплачиваемых экспертов. Прошло время, когда все финансировалось из бюджета государства. Сегодня работодатель скорее заплатит за то, чтобы доказать, что чем больше летает летчик, тем полезнее для его здоровья.
Практика зарубежных профсоюзов показывает, что они сами закладывают в свои бюджеты средства для исследований, в которых, отнюдь, не заинтересованы работодатели.
В то же время на местах нередко деньги расходуются по принципу кассы взаимопомощи – на нужды, ни коим образом не связанные с собственно профсоюзными задачами. Отсюда и стремление оставлять как можно больше у себя, и как можно меньше выделять в центр.
Однако если посмотреть на выборку наиболее частых вопросов, за решением которых некоторые руководители первичек обращаются в центральный орган, то необходимо содержать такой аппарат, для финансирования которого надо 90% всех взносов пересылать в дирекцию ПЛС России.
Вот лишь часть таких вопросов:
- не выплачивается (или задерживается выплата) заработная плата;
- не выплачиваются отпускные;
- работников принудительно отправляют в неоплачиваемый отпуск;
- не выплачиваются сверхурочные;
- не выплачиваются надбавки по районным коэффициентам;
- нарушаются нормы режима труда и отдыха;
- работники не обеспечиваются спецодеждой, спецпитанием;
- не оплачивается временная нетрудоспособность;
- производятся массовые увольнения;
- администрация отказывается выполнять условия коллективного договора;
- администрация отказывается заключать коллективный договор;
- администрация не выделяет первичке помещение, телефон …
Иногда такие вопросы сопровождаются требованием срочно прислать кого-либо
из Москвы или вызвать администратора в Москву и «разобраться» с ним.
Таким образом, финансирование центрального аппарата и перечень вопросов, решение которых ему вменяются должны быть сбалансированными.
Штабы европейских профсоюзов представляют комплексные учреждения, расположенные не в выделяемых по милости государственных ведомств кабинетах, а в собственных или арендуемых респектабельных зданиях, оборудованных по последнему слову техники. Десятки специалистов, как выборных, так и нанятых профсоюзом обслуживают первички по всему комплексу вопросов, начиная с информации и профсоюзной учебы, и кончая заключением договоров между работниками и администрациями отдельных конкретных предприятий.
Такой штаб может мобильно выслать не одного, а целый десант специалистов в любое место страны для непосредственного участия в решении конфликтов, для исследования конкретной ситуации с целью защитить работников и оказать квалифицированную помощь первичной организации. Однако, штабы эти располагают соответствующими средствами, получая из первичных организаций от 50 до 80 процентов всех взносов.
Наши первички перечисляют кто 10, а кто 15 процентов, что существенно ограничивает не только возможности нашего центрального органа, но, скажем прямо, ставят под вопрос нашу провозглашенную независимость.
Ведь для решения немалого круга вопросов, начиная с помещений, связи, а также изыскания средств, например, на медицинские исследования, без которых мы не смогли бы добиваться ни обоснования пенсионного обеспечения, ни оспаривать предлагаемые работодателями проекты режима труда и отдыха, нам приходится идти на поклон по существу к нашим оппонентам. Результат заранее известен.
Едва ли было бы верным взять и просто скопировать опыт наших западных коллег, однако и жить по инерции с менталитетом семидесятых годов нельзя тоже – тут есть о чем поразмышлять и подискутировать на страницах сайта.
Важно только чтобы участие в этом разговоре приняло как можно большее число летчиков, иначе это будет этакий «междусобойчик» профработников, обремененных профессиональным субъективизмом. Продуктивная дискуссия возможна при условии доведения содержания сайта через первичные организации. Для этого желательно информацию с сайта доводить до летного персонала через настенную печать и собрания.
Необходимо всем понять, что можно реально добиваться решения серьезных проблем, и наш профсоюз доказывал это. У нас есть значительные продвижения в пенсионном обеспечении, в регламентации режима труда и отдыха, в вопросах защищенности летного состава от административного произвола.
Однако мы никак до конца не поймем, что любые продвижения и успехи необходимо закреплять, не позволяя расслабляться до такой степени, будто дальше можно на время и забыть о профсоюзе. Наши оппоненты этого не упускают, тут же предпринимая попытки прямо или завуалировано изменить ситуацию за счет летного состава.
В настоящее время пенсионеры – летчики привыкли к тому, что кроме основной пенсии получают дополнительную пенсию, размер которой в среднем не уступает основной. Сумма, конечно, не астрономическая, однако, если добавка эта вдруг исчезнет эффект будет шоковый.
Может ли такое случиться? Казалось бы, нас последние 15 лет должны были научить ничему не удивляться. в Госдуме, словно призрак, бродит утвержденный в первом чтении проект закона о профессиональных пенсионных фондах для категорий с особыми и вредными условиями труда.
Нет надобности воспроизводить этот крайне сырой непродуманный документ, родившийся в головах тех, кому явно наплевать на летный состав, да и на всех «вредников», но одно можно с уверенностью предсказать: если этот закон будет принят взамен действующего, то нас попросту в очередной раз кинут, обещая пресловутое «светлое будущее».
Причем обманутыми в очередной раз окажутся как сегодня работающие летчики, так и пенсионеры, которых тут же лишат доплаты к пенсии, так как в проекте заложен длительный накопительный период.
Этим нас не удивишь, это мы уже проходили.
В настоящее время часть пенсионных взносов трудящихся россиян по новому закону направляются либо в накопительный фонд государственной пенсионной системы, либо в управляющую компанию - по выбору самих будущих пенсионеров.
Однако известно, что основная масса россиян никакого выбора не сделала, в отличие от незначительного меньшинства.
Тех, кто выбора не сделал, оставили в государственном пенсионном фонде, который разместил эти средства во Внешэкономбанке, начисляющем аж целых 2,4% годовых, тогда как управляющие компании негосударственных фондов размещают средства своих поручителей под 12,4%.
Нетрудно угадать, что будет на счетах, если инфляция даже формально не ниже 12%, а фактически – все 20% в год. Вот плата за нежелание самим заняться своим будущим.
Удивляться приходится, когда в разговорах с пенсионерами из летного состава выясняется, что некоторые из них до сих пор не знают, откуда вдруг взялась эта существенная добавка к пенсии. У некоторых такое убеждение, что это, как в былые времена, не иначе - родные «Партия и Правительство» позаботились о летчиках.
О том, что еще с конца восьмидесятых сначала инициативная группа, затем Ассоциация, ставшая профсоюзом летчиков СССР, а затем России, на протяжении почти двадцати лет ведет непрерываемую работу по обоснованию права летного состава на адекватную вредности, напряженности и опасности летной работы пенсию, оказывается кое-кто из наших коллег и не догадывается.
Мало того, обидно, но приходится иногда слышать от некоторых пенсионеров, что они вышли из профсоюза или вообще в него не вступали. Аргумент предельно прост: «а что он дает?». Своеобразная разновидность склероза. Профсоюз добился второй пенсии для летчиков – это уже забыли.
Забыли и про то, что если профсоюз останется без моральной и финансовой поддержки летного состава и пенсионеров, то в один прекрасный день, скажем после очередных выборов президента, Госдумы, смены правительства, постановление о пенсионном дополнительном обеспечении летного состава может быть пересмотрено.
Если кто-то думает, что это страшилка, то пусть вспомнит, с какой легкостью нас лишили ставосьмидесятирублевой пенсии и как «обнулили» все наши коэффициенты.
Профсоюз по договору с НИИ медицины труда в соответствии с распоряжением Правительства инициировал исследования по установлению связи между вредными факторами летной деятельности и заболеваемостью летчиков. Исследования, как уже отмечалось, было санкционировано Правительством с одной оговоркой – « при наличии финансирования».
С 1997 года профсоюз как мог, финансировал оплату ученых из своего бюджета. У Минтранса денег на такие исследования в бюджете не предусмотрено, а работодатели в этих исследованиях не заинтересованы.
Проведены три этапа исследований в НИИ медицины труда. Выводы исследований: «Выявлены наиболее значимые нозологические формы болезней, которые могут быть отнесены к категории профессионально-обусловленных. К их числу относятся: гипертоническая болезнь сердца, невротические расстройства, вегетативно-сосудистая дистония. Для решения вопроса о внесении этих нозологических форм в Список профессиональных заболеваний с последующим распространением механизма возмещения ущерба в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваниях» необходимо детальное обследование лиц летных профессий в клинике Центра профпатологии Минздрава России».
Остался заключительный этап исследований, который должен провести Федеральный центр профпатологии по договору, обследовав в клинических условиях 250 человек летного состава из числа действующих и комиссованных летчиков. Цена договора около пяти миллионов рублей. Но «платит тот, кто заказывает музыку», т.е. профсоюз.
А в бюджете дирекции Профсоюза летного состава России денег на это съездом не предусмотрено – взносов от первичек на это не хватает.
Вот и встает вопрос: численность действующего летного состава гражданской авиации России 18 тысяч человек, членов профсоюза из числа действующих летчиков того меньше, а пенсионеров 45 тысяч. Все они получают дополнительную пенсию. Но в профсоюзе состоят его членами едва ли треть.
И речь не идет о том, чтобы всех их привлечь к активной профсоюзной работе. А вот членство в своем профсоюзе, моральная поддержка с чисто символическими взносами дали бы профсоюзу мощный импульс, подняли бы его, как говорят сейчас, рейтинг на местах и в России.
Да и взносы хотя бы, предположим, по 10 рублей в месяц позволили бы за один год оплатить договор и завершить исследования, результаты которых нужны, прежде всего, для улучшения пенсионного обеспечения летного состава, для того чтобы обосновать неприемлемость очередного «реформирования», не сулящего нам ничего хорошего, как это уже было не раз. То есть все это нужно пенсионерам из летного состава. Ибо лозунг «спасение утопающих – дело рук самих утопающих» в нашей стране еще долго не потеряет своей актуальности.
Хотелось бы привлечь к этой теме и летчиков-россиян, которые летают под флагами зарубежных компаний. Летный век короток и не за горами уход на землю, т.е. на пенсию. Вопрос, какой будет доплата к ней – безразличен для тех, кто думает, что летать будет вечно или для тех, кто считает, что проживет на то, что отложит сегодня. Остальных коллег, летающих в зарубежных компаниях, мы приглашаем к диалогу и не только: вы можете сегодня участвовать в ускорении исследований, проводимых Профсоюзом летного состава России, внося свою лепту и материально и интеллектуально. Ведь завтра вы сами, так или иначе, будете получать либо пенсию, либо жалкую пайку. Это зависит и от вас.
Материала для раздумий, кажется, достаточно.
Предлагаемое обсуждение самым широким кругом действующего летного состава и ветеранов поможет найти правильные решения, укрепит связь летчиков с профсоюзом.
Свои индивидуальные и коллективные соображения и не только по предложенной тематике можно излагать в любой форме. Важно чтобы эти соображения были конструктивными, содержащими конкретные предложения и идеи. И еще очень важно осознать как можно скорее – за нас самих нам никто и ничего не сделает, не преподнесет и не подарит.
Реквизиты Федерального центра профпатологии Росздрава:
ФГУ «КБ Росздрава»
Юридический адрес: 103030 Москва, ул. Новосущевская, д.18.
Фактический адрес: 127055, г. Москва, ул. Новосущевская, д.18.
Отделение по СВАО УФК по г. Москве,
л/с 06061386110
Отделение I Московского ГТУ Банка России г. Москва
Р\с 40503810100001009003
ОГРН 1037715046115
ОКПО 01107674
КПП 771501001
ИНН 7715010994
К\с-----
БИК 044583001
Тел. 978-31-30